| Особые литературные тексты | |||||||||
|
|||||||||
| Авторские разделы |
|||||||||
Увидев на одной из общегерманских виртуальных «досок объявлений» сообщение о том, что некто «sucht einen Partner, gerne Einsteiger» и предлагает заработать «bis 800 Euro pro Tag», я несказанно обрадовался. Заработать хотелось давно. Тем более такие деньги и за такой срок. Заполнив анкету, в которой незнакомый работодатель уже на вполне родном русском языке интересовался, помимо прочего, моим домашним телефоном и «по возможности, откровенным фото», я, как говорят интернетчики, «отмылил» ответ: да, я новичок, мечтающий о непыльной «Neben-Job». А фото — нате, какое уж есть. Реакции дожидался дней десять, если не больше…
И наконец в одну из пятниц, около семи вечера, мне отзвонился пресловутый работодатель:
— Против секса ничего не имеешь?
— Смотря с кем, когда и как.
В ответ трубка хмыкнула:
— Да нет, мы не швули (с ударением на последнем слоге. — Авт.) какие-нибудь. Мы «русачек» обслуживаем. Если хочешь, пойдешь сегодня «дублером», для начала «попробуешься». А то у нас парень приболел. Заедем за тобой через час.
И вот я, предварительно сообщив супруге, что отправляюсь в некий спортивный ферайн, уже сижу в машине «фирмы», которая — не «фирма», а машина, разумеется — плавно стартует в сторону Дюссельдорфа. За рулем подержанного «мерина» — немногословный шофер, рядом с ним — массивный детина, вполне подходящий по фактуре на роль братка-телохранителя. Как выяснится позже — это мой «работодатель». Сзади расположились мы с высоким блондинчиком, который, не стесняясь, рассматривает меня. — Владик, кончай комплексовать, — утешает его «браток», — это же не конкурент твой пока, это, типа, так, «обкатка»…
Теперь уже моя очередь обижаться: неприятно все-таки слышать, что я не конкурент кому-то там. Словно уловив мое настроение, «работодатель» перекидывает мне на заднее сиденье букет цветов и бутылку шампанского Freixenet: «Чтобы фирму не позорил!» Теперь мы с блондинчиком — близнецы-братья: ни дать, ни взять — гости, спешащие на свадьбу.
На самом же деле, мы, как уже понял читатель, «проституты» и едем к клиенткам, заказавших «мальчика». Фирма, занимающаяся поставкой «эскорт-боев», пошла, по словам моего работодателя, «на ангебот»: заказчицам будем предложены мы оба. На выбор. А приглашения «поработать» я ждал, оказывается, так долго потому, что мой тип — «невысокие шатены далеко за тридцать» — на здешнем рынке не слишком актуален. Предпочтение отдается блондинам.
Интересно, размышляю вслух, что, немецкие дамочки своих арийцев еще не наелись? Да нет, сквозь зубы роняет «Владик», причем тут немки?! «Наш контингент — азюлянтки, конти и волгодойчи». С немками, как успокаивает тот же мой «неконкурент», фирма не связывается, поскольку существует она «неофициально, через Интернет и ОБС», а с местными жительницами велика опасность «нарваться на полицаев».
… Машина тем временем въезжает в район Дюссельдорф-Бильк и, покружив по улицам, останавливается у типичной многоэтажки, квартиры которой сдаются в аренду. Вот уж не думал, что «состоятельные русачки», как их скопом именует мой «шеф», живут не где-нибудь в «Сити», а в по-советски затрапезном доме! Шофер остается в тачке слушать речитатив Васи Пряникова, а Владик, шеф и я поднимаемся в квартиру клиенток.
На пороге нас встречают две подруги из тех, что «слегка за тридцать», из тех, что «приподнявшись», мнят себя круче… ммм… яиц и выше звезд. Немного под хмельком, но не пьяные. В общем, этакие «все мы, бабы, стервы»:
— О, ма-альчики! — затяжка сигаретой «More», и откуда только взяли эту «ностальгию» в Германии?! — А вы к нам, — затяжка с засосом, — все, или как? Так и финансов, — затяжка с одышкой, — не хватит, хе-хе. О-о, ка-акие мужчины! Цветы! Шампанское! Это все в прайс входит или будут небенкосты? Людка, пируем, на рынке — ра-а-а-батт!
«Босс» вежливо прерывает словесный поток разгоряченных дам. Он серьезен и… сейчас своей чопорностью напоминает немецкого официанта, обслуживающего пьяного в хлам аусзидлера:
— Уважаемые девушки! Мы бы и рады в рай, да… Понимаете, мы ищем новые формы работы, — интересно, из каких глубин подсознания всплыл в лексиконе местного «боинга» этот советский оборот речи? — и вот нашли двух-хмм-молодых людей, подходящих под заказанные характеристики. Предоставляем вам право выбора…
Дамы сразу становятся деловитыми, оглядывают нас с Владиком: — Вы знаете, мы берем вот этого, — крашеным ногтем и мутными взглядами — на Вадима. — А зекта можете оставить байде фляшен.
Ну и слава Богу! Предпочли молодого и высокого. Блондина к тому же. Пусть и в ущерб будущему материалу, но радуюсь: мне вовсе не улыбается ублажать обладательниц чудовищного сленга, да и журналистика все же — не самая древняя профессия.
В машине, куда мы возвращаемся, оставив Вадима с клиентками, «работодатель» радостно гогочет: — Все по справедливости для первого раза. Тебе — понятия, как и что, пацану — деньги. — А можно мне завтра с ним поговорить будет? Ну, чтобы въехать в работу? — Можно, — милостиво кивает хозяин. — Приезжай завтра в наше сервисное бюро, — и называет дюссельдорфский адрес.
Боясь отвлечься на частности, все же должен сказать несколько слов об «офисе», в который я наведался на следующий день. Вы никогда не задумывались об изначальной нерентабельности неких «русских» фирм, случайно забредя в них? Здесь вам предложат то, что вы никогда не купите по причине высокой цены и невысокого качества товара («зимнюю» турпутевку в Болгарию за 1000 евро, СD-диски Пугачевой по «двадцатке» и т. д.). И не очень расстроятся, когда вы, ошарашенный увиденным, уйдете.
Все очень просто: некоторым ловкачам выгодно иметь официальное (реальное) прикрытие своей неофициальной (виртуальной) деятельности. Не секрет, что тем же «эскорт-службам», поставляющих сладострастным клиентам не только мальчиков, но и девочек, так живется спокойнее: подальше от зоркого ока местного финанцамта и не менее всевидящего «буркала» пресловутой русской мафии.
Вот в подобном «сервисном бюро» и состоялся наш разговор с Владиком. Ему, рискуя, что разговор не состоится вообще, но — с другой стороны — рассчитывая при удаче на большую откровенность, я перед началом беседы шепнул на ухо: «Я тебе не конкурент, просто журналист. Имен называть не буду: только расскажи правду о своем бизнесе».
Риск оправдался. Хотя и начал «эскорт-бой» нелогично, с эмоций: «А что тут рассказывать! Едва приподнимется какая-нибудь бывшая бухгалтерша из Казахстана, как сразу превращается в заштатную стерву!» Пришлось брать бразды в свои руки. И, естественно, наша беседа началась с вопроса: почему парень так не любит слабый пол и как может при этой нелюбви зарабатывать на дамах?
— В «сервис-бюро», в котором мы сейчас с вами и сидим, я попал по газетной анцайге: «Приглашаются к сотрудничеству мужчины. Хорошим мужчинам — хорошая оплата». И — два женских имени в конце текста. Позвонил по телефону, меня пригласили на «собеседование». Вообще-то я окончил истфак Московского университета, рассчитывал, что буду работать гидом, но- Здесь меня встретили две сте…, то есть фрау — условно Хелена и Лиля, — которые, осмотрев «каменного гостя», как меня окрестили, практически с порога заявили: «У нас фирма по обслуживанию женщин. Не нравится — иди в другое бюро путешествий и рассказывай старым импотентам о том, как Николашка в Баден-Бадене отдыхал. На «егермейстер» и там заработаешь». Я не ушел. Сперва подумал: заниматься тем, что любит каждый мужчина, да за тогда еще полноценные евро — это класс. Правда, «собеседование» уже лишило меня некоторых иллюзий.
— В чем собеседование заключалось, и о каких иллюзиях идет речь?
— (Вздыхает) Хорошо все же, что сейчас хозяин сменился. Мужик у нас теперь верховодит. А тогда владелицы «сервис-бюро» заверили, что «для мужчины — не главное». Ростом же я не подкачал. Но их, в основном, интересовал другой «рост», который они… только этого писать не стоит… очень деловито измерили гибким «метром». Вердикт был таков: «Суперклассом в мужском сексе считается «растяжка» или «октава». У тебя поменьше, но сойдет». Оказалось, «растяжка» или «октава» — это «расстояние между вытянутым указательным и большим пальцем пианиста». Такого размера «должен быть» детородный орган в «рабочем состоянии». Затем я должен был заниматься сексом с ними обеими, чтобы доказать, «хороший ли я мужчина». Сначала мне показалось: надо мной издеваются. Заставляли, к примеру, ползать на коленях, пороли ремнем. Я пробовал отказаться, но мне корректно объяснили: это не наша прихоть, так может вести себя «местная, оборзевшая клиентура». Я стерпел. Обещанных за один сеанс денег я, сидя на соце и шварцуя, прежде и за месяц в руках не держал. А в своем мнении насчет стерв утвердился тогда впервые…
— Как происходит вызов «мальчика» на «линию»?
— Так же, как и вызов девочки на дом. В офис звонят, заказывают «мальчика» или «мужчину» с определенными параметрами. Наиболее подходящий отправляется на работу. Объявлений хозяин не дает. Но и Интернет, и «сарафанное радио» действуют безукоризненно. Заказов хватает. До последнего времени нас работало трое, но, как видите, хозяин «ищет новые формы работы» и новых сотрудников — все через то же виртуальное пространство.
— Охарактеризуйте, пожалуйста, контингент ваших заказчиц.
— В основном, заказы поступают от подгулявших «девичников». Женщины в компании более смелые, подначивают друг друга. Так что, как правило, приходится «работать с группой». Несколько раз выезжал к «постоянщицам» — в Вупперталь и Кельн. Это были свингеры и бисексуалы: мужья заказывали для жен еще одного партнера, иногда сами присоединялись к игрищам. От действительно одиноких заказы поступают редко. Обычно на такое отваживаются представительницы свободных профессий, бухгалтеры «русскоязычных» фирм, так сказать, «холостячки по жизни». О, вот еще что интересно. Не поверите: наплыв заказов бывает не по немецким праздникам, а — по советским. К примеру, Восьмое марта — такой день, после которого неделю хочется отсыпаться. Я мог бы охарактеризовать и сексуальные пристрастия по национальностям, но будет ли это «фернунфтиг» или — как это?.. политкорректно?
— А кроме онемеченных русскоязычных леди, доводилось еще кого-нибудь обслуживать?
— Была засада, о которой вспоминать не хочется. Нам позвонила одна якобы турчанка, даже назвалась, по чьей рекомендации. Вот только моего сменщика, который отправился на вызов, отымело по адресу трое здоровых мужиков восточной национальности. И что? Утерлись. Не звонить же в полицию, которая может изумиться, откуда возникают такие проблемы у «сервисного бюро»?!
За 400 евро порой приходится становиться «лакеем»…
— Расскажите поподробнее о запросах ваших заказчиц.
— Вообще, работая в подобном «туристическом бизнесе», трудно не сменить сексуальную ориентацию. Женщин начинаешь ненавидеть. Наши клиентки из тех, что «коня на скаку остановят, в горящую избу…« Ну и так далее. Лучше бы бабы в эту избу не входили. До того, как стал профессиональным любовником, думал: главное для женщин — это нежность и удовлетворенность. Ничего подобного. По крайней мере, с теми, кто заказывает «любовь за деньги», все иначе. У них в основном такая мотивация: «Мужикам все можно, а нам почему нет?» Те, кто в первые голодные годы обвиняли своих же мужиков в «кобелизме», едва раздобрев на немецких хлебах, разводятся и превращаются в злобных фурий. Начинается самоутверждение во всех вариантах. Мата понаслушаешься такого, какой и в России редкость.
— Самые типичные из вариантов самоутверждения?
— Если «девичник» обслуживаешь, до секса вообще может не дойти. Вот последний пример. Одна из наших самых активных заказчиц, жирующая на том, что «черначком» оказывает косметические услуги и подпольно депилирует местных домохозяек, собрала компашку. Вызвали меня. Заставили «быть слугой»: подливать в бокалы шампанское, мыть посуду. Эта тварь любит дать «лакею» пощечину — за «плохое обслуживание». Может заставить орать какую-нибудь глупость, типа: «Все мужики — козлы! И я тоже!». Докапывается, что вот она-де — настоящая немка, у которой все прапрадеды на немецком говорили, а я — «документы купил». По-моему, все это от осознания, что по жизни эта тетка — второй сорт в германском обществе. Легче с «розовыми парами». Это когда вызывают «она и она». Вот я к «розовым» в Дортмунд выезжал: секс им тоже не особенно нужен. Вообще, парочка сама по себе забавная. «Муж» — 43-летняя этническая немка из Казахстана, приехала сюда 9 лет назад, а «жена» — 30-летняя чистокровная русская, не имевшая права на ПМЖ, долгое время искала супруга на Рейне. На самом деле — чтобы к любимой поближе быть. Четыре года назад нашла дурака, приехала, обосновалась — так тот до сих пор терпит закидоны «суженой», даже против их совместного проживания с настоящим «мужем» не идет, еще и денег дает. Вот на эти деньги я эту парочку и развлекаю, когда им «клубнички» хочется. Эти девочки обожают поить друг друга шампанским, кормить с рук деликатесами. Мне при этом не перепадает ни грамма. Так они, вероятно, декларируют взаимную любовь и пренебрежение к «сильному полу». Со свингерами своя специфика. Вот та же кельнская пара — он и она. Муж — явный вуайерист (любитель подглядывать. — Авт.), супруга — натуралка. Я вот лично не люблю, когда мужчина за мной наблюдает.
— Даже по тону вашего изложения ясно, что вам этот «бизнес» не особо нравится. Что же удерживает в «сервисном бюро»?
— За ночь я получаю, конечно, не 800, но где-то 300 — 400 евро в карманах оседают. Назовите мне место, где в Германии российский историк сможет заработать столько же
— Вы рассказали о своеобразном феномене самоутверждения «русачек», женщин, имеющих хорошие деньги. Есть ли еще какие-то, не физиологические, аспекты, которые вас удивили?
— Я не думал, что в среде экс-россиян, нагрянувших в Германию, так много фиктивных браков. Вот пара: он — гомосексуалист, она — лесбиянка. Казалось бы, для чего тогда жить вместе? Оказывается, это браки по расчету, по «национальному признаку». Российские представители секс-меньшинств бегут в ФРГ в надежде на более сладкую жизнь. Я не знаю, исследовал ли кто-нибудь проблемы местной секс-эмиграции, но скажу так: существует даже проект в Интернете, позволяющий здесь найти себе работу не на секс-поприще, но именно благодаря своей неформальной ориентации.
— И последний вопрос. Много ли в Германии «русскоязычных» фирм, подобных вашей?
— Насколько мне известно, шесть или семь, но число их сейчас растет. Русский секс-рынок весьма перспективен. Особенно на нашем направлении. Вы ведь знаете, что каждый второй брак эмигрантов со временем распадается? Так вот: если русскоязычные мужчины не стесняются пользоваться услугами немецких секс-салонов, то с «русскоязычными» женщинами дело обстоит по-другому.
http://www.prazdnikinfo.ru/5/5/i21_11410.htm